Однажды мне в руки попала важная бумага из далёкого 1948 года. В ней проверяющий чиновник из Москвы рассказывал о поездке в Загорскую районную и детскую библиотеки. Выводы по мотивам визита, в принципе, были сделаны неплохие. Читатели идут, мероприятия проходят, новинки читают. И даже громко, прямо в аудитории.
Вот, например, в детской библиотеке проходила общественная читка новой повести выпускника Загорского педтехникума, к тому времени известного писателя Алексея Мусатова “Стажёры”. На самом деле речь шла про повесть с названием “Стожары”, но чиновник, видимо, принял диалектное название созвездия Большой Медведицы за производственную тему и подкорректировал буковки! Но не будем его сильно бранить, ибо он сообщает нам много интересного из житья-бытья библиотек той поры.
Вот, например, из жизни читательницы-вожатой: “Ученица пятой средней школы спросила, что можно дать почитать маленьким о вождях и по вопросам гигиены. Посоветовали и показали ей книгу Н. Веретенникова “Володя Ульянов”, А. Кожевникова “Рассказы о Ленине” и К. Чуковского “Мойдодыр” (кстати, а чем не вождь — “умывальников начальник и мочалок командир” — Авт.).
У “взрослой” библиотеки были свои проблемы. Оказывается, всем замечательная заведующая абонементом не хочет привлекать активных читателей в работу Совета библиотеки. Жалко ей их, они на работе устают, дома у них дети (сквозь строки читаем — голодные), им не до того! Тут звучит строгое, начальственное: “Загорчане — тоже советские люди, их нельзя ни под каким предлогом не допускать до общественной работы!”
Или вот описание литературного вечера. В нём приняли участие вчерашние фронтовики, слушатели военной академии им. М. Фрунзе, заочное отделение которой после войны размещалось в стенах Гефсиманского скита. Вечер проходил в сопровождении алоскопа. Что это такое — музыкальный инструмент? Проигрывающая аппаратура?
Выяснить это оказалось не так просто. В итоге оказалось, что это забытое название фильмоскопа! В старом пособии для кружка “Умелые руки” я нашёл следующее определение: “Алоскоп — это проекционный фонарь для плёночных диапозитивов, заснятых на кинопленке”. От традиционного фильмоскопа, с которым хорошо знакомо старшее поколение, он отличался несколько иной конструкцией. Например, в нём предусматривалась использование бытовой 100-ваттной лампы, внутри не было никаких трансформаторов, а в качестве оптики зачастую применялась обычная лупа. Рекомендовалось кружковое изготовление этих приборов. В ходу оказались элементарные разработки инженеров М. Кулыгина (до войны работал на загорском заводе школьного приборостроения № 6) и М. Стерлигова. Промышленное производство прибора началось в 1938 году на московском предприятии “Печать Штамп”. В воспоминаниях о детском писателе Борисе Житкове есть фрагмент про то, как он приложил руку к конструированию алоскопа: “Принесла ему сотрудница фабрики “Диафильм” алоскоп — показать, как будет выглядеть его произведение на экране, а он этот аппарат разобрал и передал директору фабрики записку с чертежами, как можно улучшить конструкцию”.
В итоге после войны прибор “улучшили” до аппарата ФГК-49 и пустили в массовое производство в Загорске.
Алекс Рдултовский
