Что смотрит Италия?

Кристиано Ваккарелле, уроженцу нашего итальянского города-побратима Террачина, 33 года. Из них почти треть он провёл в Риме, где учился в университете Roma Tre и в Римской школе журналистики. Кристиано работал в одной из газет Террачины, в интернет-департаменте RAI — ведущей итальянской телерадиокомпании, а сейчас он сотрудник популярного онлайн-издания terracinalive.it.

Кристиано приехал в Россию благодаря программе обмена посадского Общества дружбы "Побратим". В последний день пребывания итальянской делегации в России мы расспросили Кристиано о том, что смотрит, читает и слушает его страна.

Напоминаем также: Италию и Россию часто называют "копиями" друг друга – одна весёлая, другая трагическая.

— Кристиано, как вы пришли в журналистику?

— Чтобы стать профессиональным журналистом в Италии, необходимо сдать государственный экзамен. Есть два способа сделать это: пройти полуторагодовую практику в любом издании или, что выбрал я, поступить в школу журналистики. В отличие от университетов, школа не получает поддержки государства, и двухгодичное обучение стоит 20 тысяч евро.

— Какие темы сегодня обсуждает Террачина?

— У нас в Италии есть поговорка о трёх "s" — sesso, sangue, soldi ("секс, кровь и деньги"). Я бы добавил сюда политику. В этом смысле ситуация в стране очень плоха, и местная политика является следствием общегосударственной. Террачина — маленький город, всего сорок тысяч жителей. До Рима от нас сто километров, примерно столько же до Неаполя, и в значительной степени город жив благодаря туризму. Это одна из тем, которые обсуждаются в прессе.

— Как менялось отношение к России в итальянских СМИ?

— Многие итальянцы испытывают любовь к России, но, с моей точки зрения, итальянские СМИ слишком отчётливо служат интересам Соединённых Штатов. Италия — член НАТО, но в то же время мы часть Европейского союза. Евросоюз был создан как организация, занимающая нейтральную позицию по отношению к США, России, странам Азии. Однако в последние годы, по мере того как усугублялся экономический кризис, Евросоюз стал всё заметнее попадать в зависимость от Америки.

— Это было заметно в связи с событиями на Украине?

— Когда разыгрался украинский кризис, ЕС моментально принял позицию США, и я думаю, что это неправильно, потому что Россия — часть Европы, и всегда была ею. Во всяком случае, в моём представлении и в представлении многих итальянцев.

— На протяжении нескольких лет RAI, ведущая итальянская телерадиокомпания, была напрямую связана с тогдашним премьером Берлускони. Это больше помогало или вредило самой RAI?

— Не думаю, что помогало. Качество итальянского телевидения ухудшалось с каждым годом. В области СМИ в Италии вообще не лучшее положение дел: Конституция страны провозглашает свободу слова, но у нас сложилась система, которой, как мне кажется, нет нигде мире — система "партийных СМИ". Например, итальянские газеты так или иначе связаны с той или иной партией. В случае с общественным телевидением RAI это началось с самого его появления в 1954 году. Оно изначально имело отношение к правящей партии — сначала к христианским демократам, а потом к партии Берлускони, которая пришла к власти в девяностых. Берлускони, и без того уже на тот момент владевший частным телехолдингом "Медиасет", фактически начал контролировать шесть телеканалов в стране.

— В некоторых странах существуют законы, обязывающие радиостанции передавать определённый процент местной музыки. Есть ли что-то подобное в Италии?

— В своё время Джулио Андреотти, премьер-министр, а на тот момент — лидер христиан-демократов в парламенте, предложил подобный закон для кинематографа: как минимум половина фильмов в репертуаре кинотеатров должна быть итальянскими, и он действовал какое-то время. Не слышал о таких ограничениях в СМИ, но у нас есть много радиостанций исключительно с итальянской музыкой. Например, Radio Italia.

— Допустима ли в итальянских СМИ нецензурная брань?

— В эфире можно сказать и услышать всё что угодно. Я часто встречаю табуированные слова в СМИ, очень часто. Но так было не всегда. В годы правления Христианско-демократической партии (до начала девяностых. — Ред.) существовала заметная цензура. Женщины-ведущие не могли позволить себе надеть мини-юбку, мужчинам полагались длинные брюки. Сегодня всё по-другому, но сохранилось одно — нельзя говорить плохо о религии. Любые ругательства, которые вам известны, — пожалуйста, но только не касайтесь религии! Иначе можно пропасть с горизонта навсегда.

— Есть ли у итальянского государства инструменты, с помощью которых оно может закрыть СМИ?

— Итальянская Конституция защищает свободу выражения, но за неугодное политикам высказывание можно угодить в суд по обвинению в клевете. Ряд изданий, в особенности сетевых, были закрыты по таким обвинениям, не будучи в состоянии выплатить штраф. С другой стороны, государство оказывает финансовую поддержку изданиям и вещателям за счёт специального фонда, и обратиться за этой поддержкой может даже частное СМИ.

— Что вам понравилось и запомнилось в России?

— Это мой второй визит в Россию, и ещё в прошлый раз я открыл для себя вашу кухню. Я итальянец, и мне нравится поесть. Помню, как зашёл в обычный ресторан в Москве, и заказал бифштекс с картошкой. Это было так вкусно, и мне захотелось узнать, в чём секрет. Я спросил у официантки, что это за особенная у вас картошка? Она посмотрела на меня и говорит: "Точно такая же, как и у вас".

Подготовил Владимир Крючев

Фото Алексея Севастьянова, Татьяны Дудоровой и terracinalive.it

Что происходит в Террачине на этой неделе (по материалам terracinalive.it)