Художник Виктор Брагинский, сын киносценариста Эмиля Брагинского, встретился с преподавателями и студентами сергиевопосадского филиала ВГИК. Встреча проходила в кругу вгиковцев, но мысли гостя будут интересны не только этой аудитории.
Тон задали эпизоды из “Берегись автомобиля” — самого известного фильма, который его отец создал в тандеме с режиссёром Эльдаром Рязановым.
Брагинский-старший отвечал за литературную часть сценариев Рязанова, в мельчайших деталях прописывал диалоги, и точно так же дотошно режиссёр выверял каждый метр. На это уходили месяцы, а иногда и годы — непозволительная по нынешним временам роскошь.
Виктор Эмильевич говорил о том, как важно слушать, что происходит вокруг, на улицах, в магазинах, учреждениях: “Отец всегда носил с собой блокнот, записывал, что видел и слышал. 90 процентов в их фильмах — подслушанное и подсмотренное”.
“Посмотрите, — продолжал он, — в метро почти все погружены в смартфоны, сидят в наушниках. Мы перестали наблюдать жизнь, мы проходим мимо судеб, не слышим живую речь, не понимаем настоящих проблем”.
“Я не против гаджетов. Не хочу превратиться в человека, который скулит по тому, что было, ведь и раньше переживали, что ушли художники Возрождения. Да, наступило другое время, но что теперь — не жить?”
Брагинский и Рязанов писали сценарии попеременно то у одного дома, то у другого. Начинали часов в девять утра, а потом жёны звали их к обеду. “И когда сейчас мои студенты опаздывают на лекции, — объяснял художник, преподаватель ВГИКа, — я говорю им, что они проспали лучшее время — утро”.
Молодая аудитория спрашивала гостя о цензуре. В ответ он вспомнил редакторов в советских издательствах, которые просили его, оформлявшего книгу Дмитрия Лихачёва, не изображать кресты на храмах.
“Свободы в искусстве нет нигде, — признался Виктор Брагинский. — У меня были выставки во многих странах, но большей цензуры, чем, например, в Германии, трудно придумать. Во время развески дело доходило до споров, приходилось использовать ненормативную лексику”.
Столкнувшись с ограничениями и у себя на родине, и в других странах, Брагинский резюмировал: “Я понимаю, с чем связано ваше беспокойство, но уверен, что на ваш век этой свободы хватит. Главное, чтобы ваше творчество было выше цензуры, и тогда вам ничего не грозит — ни при какой власти, ни при каких дураках, которые будут пытаться вас ограничивать. Талант пробьётся всегда”.
Владимир Крючев
Фото Сергея Семенькова
